Kuklačova Kaķu teātra izrāde Klauns un kaķi

НатюрКотики. Дело было летом.

Когда за окном самая середина зимы, то вполне предсказуемо  очень хочется лета. Я не волшебница, и мы с вами не в сказке «Двенадцать месяцев», но вспомнить разные летние истории нам никто не может помешать, усаживайтесь поудобнее и слушайте … ой, читайте.

Итак, дело было летом и, конечно же, на даче.

Завтрак Тины.

Утро. У ворот сидит Тинатин. Сидит всегда молча, терпеливо ждёт, когда её заметят и впустят. Папа открывает ворота, берёт её на руки и несёт в дом. Тина ему это позволяет, но ворчит, потому что молчать, когда с ней что-то делают, она просто не в состоянии. Чем ближе к дому, тем громче кошка ворчит, в голосе уже явственно слышатся отдельные матерные слова. Наконец, папа опускает её на стул, к миске с кормом. Она нюхает, брезгливо морщит нос, видимо, уже успела полакомиться птичкой, спрыгивает и идёт к себе, на шкаф. Там она отсыпается днём, а вечером снова уходит на всю ночь в лес.

 

А тем временем у нас настала пора раздачи котам мяса. Я нарезаю первую порцию  и зову кота:

- Кот, иди ко мне, будем кушать мясико!

Где бы на участке не был в этот момент Кот, он спешит в дом, ибо волшебное слово «мясико» ему отлично известно. Я кормлю его кусочками с руки, потому что он ест мясо только так и никак иначе, потом даю лекарства, и  снова отпускаю гулять. Остальное мясо делится поровну между кошками. Оливка и Дайви свои порции едят  торопливо, глотают, практически не разжёвывая. Мясо для Тины я откладываю на отдельную тарелочку и несу кошачьему величеству на шкаф.

 

Большая голубокремовая кошка приоткрывает глаза, садится и с нескрываемым подозрением нюхает кусочки говядины.  На её пёстро раскрашенной мордочке я вижу большие сомнения в свежести поданного мяса. Она смотрит на меня, потом на тарелку, снова нюхает её содержимое, и, наконец, начинает умываться. Я облегчённо вздыхаю – значит, капризница решила позавтракать. Умывается она долго и очень тщательно. Лапы, мордочка и всё остальное вылизывается в течение минут пятнадцати, никак не меньше. Мойте руки перед едой – это про Тину. Умывшись, она снова нюхает мясо, а потом когтём аккуратненько подцепляет один кусочек и подносит его носу. Подозрительное выражение снова появляется на её лице (всё-таки нельзя назвать мордой, язык не поворачивается!). Вдумчиво обнюханный кусочек она зубами осторожно снимает с когтя и съедает сидя. Следующий кусок съедается с такими же предосторожностями. Наконец тарелка пуста. Тина снова тщательно умывается и чувством выполненного долга укладывается спать.

 

Это зрелище меня буквально завораживает, оно сродни японской чайной церемонии – все движения выверены, раз и навсегда отрепетированы, выражения брезгливости и высшей степени подозрительности не меняются, и от свежести мяса никак не зависят. Каждый день всё это длится одинаковое количество времени – минут тридцать, причём на умывание тратится большая часть его.

Мышка.

Жарища и духота невыносимые. Еле дождавшись вечера, когда солнце не так обжигает кожу, мы едем на море купаться. Раньше ездили на великах, но сейчас обленились, и велики уже давно пылятся в сарае, а мы с дочкой садимся в машину, открываем окна и наслаждаемся ветром, который врывается в открытые окна нашей старушки и взлохмачивает наши рыжие волосы. Тем летом я впервые попала в аварию, разбила свой любимый старенький джип, и теперь езжу на ещё более древнем фольксвагене. Это почти ретро! Всё механическое. Главное – не забыть включить и выключить свет. Но зато есть люк. Тоже механический, нужно крутить ручку в крыше машины и он открывается. А ещё в ней есть старенький магнитофон, который играет кассеты, и сейчас  мы едем на море на ретромашине, включаем ретромагнитофон и слушаем ретромузыку на ретрокассете. Всё в стиле 80-х. «Гуд бай, Америка, ооо» хрипит Наутилус в открытые окна, и мы несёмся по шоссе в полном восторге, хохоча во всё горло и подпевая Бутусову.

 

Вволю накупавшись в нереально тёплой  воде, возвращаемся домой. Недалеко от ворот сидит Дайви. Рыжая красотка за жаркое лето похудела практически вдвое, стройна, как модель, легко вспрыгивает по сетке на 2-хметровую высоту забора.

По её движениям я понимаю, что она играет с пойманной мышью. Ставлю машину на место  и подхожу к кошке. Она спокойно лежит, абсолютно расслаблена, и наблюдает за суетящейся в траве лесной мышкой, которая пытается удрать от рыжей охотницы. Но Дайви не даёт ей спрятаться в высокой траве, одним гибким движение она вскакивает, хватает мышь в зубы и выносит снова на лужайку, отпускает и сидит, прищурив глаза. Тут папа открывает ворота,  Рыжая Кошка с мышью в зубах гордо шествует к дому, и на лужайке снова выпускает мышь.  Навстречу выбегает Оливка. Она несётся ко мне и неожиданно натыкается на мышь. Тормозит всеми четырьмя лапами, отпрыгивает в сторону и верещит! Мышь, которую она чуть не растоптала, тоже пищит в ужасе, а мы не можем удержаться от смеха, потому что в этот момент Кот, услышав Оливкино верещание, неожиданным хриплым басом отвечает ей из другого угла участка.

 

И тут мышь решив воспользоваться суматохой и неразберихой, потихоньку пробирается к  сетке забора. Оливка наконец увидела в траве что-то движущееся,  припала к земле пузом, пригнула голову, и, развесив уши, начинает вилять отопыренной попкой и бить себя хвостом по бокам. Практически пантера в засаде! Прыжок – и она хватает мышь зубами, только почему-то за хвост, предсказуемо не может её удержать, мышь падает на землю и снова удирает, отчаянно пища. Оливка вновь прыгает, на этот раз ловит несчастную за спину и гордо несёт её в зубах. При виде голой кошки, которая   тащит  пойманную мышь,  мы уже просто плачем от хохота, ибо это невозможно уморительное зрелище!

 

В это время Дайви, которая с интересом наблюдала за тем, как Оливка крутит задом и хлещет себя хвостом, вспомнила про мышь и стала лихорадочно озираться по сторонам в поисках ускользнувшей добычи. Мышь она, естественно, не находит, садится посреди поляны и такое огорчение написано на её лукавом ярком личике, что мы снова хохочем. А Оливка, охотничьи инстинкты которой всё же не так развиты, как у дворянки Дайви, не может понять, что же делать дальше с пойманной мышью, и выпускает её из зубов. К большой радости для практически полузадушенной мыши, это происходит в непосредственной близости от забора, она делает последний рывок и благополучно скрывается в кустах смородины, быстро проскальзывает сквозь ячейку рабицы и оказывается на соседнем участке, а мы вздыхаем с облегчением.  Судя по той скорости, с которой она исчезает в давно некошеной траве, физически она не пострадала, но страху натерпелась.

 

Отбирать пойманную добычу у наших охотниц нельзя – на опыте проверено, что кошки обижаются и пропадают на сутки, а то и больше, поэтому обычно мы стараемся отвлечь их вкусняшкой, чтобы добыча, оставшись без внимания, успела ускользнуть и спрятаться, усвоив на будущее уроки по выживанию.

Реклама
www.ZOOnet.lv
Популярное
наверх!
Яндекс.Погода
Траст cocktail.lv Настоящий ПР cocktail.lv